Вернувшись в отпуск в очередной раз, Лола обнаружила дома кроме Мити свекровь и Джона. Джон был добрый и спокойный американский дедок. Свекровь сварила суп и кормила его, а он ел да нахваливал. Только Митя успел шепнуть Лоле не есть, мама щедро заправила говяжий суп баночкой сладких ананасов. Свекровь показала все прелести совместного быта с псих. больным человеком. Она постоянно обрабатывала все антисептиком. Иногда ела, а иногда считала что еда отравлена. Иногда она нормально общалась, а иногда молчала и ходила в шапочке из фольги. Джон тоже ходил. Родня отказывалась, чем злила мать, нас же облучают, писала она на бумажке и сжигала ее. Постоянно переписывала номера авто во дворе и говорила, что за ней следят и скоро убьют. Лола ждала когда они уедут, но уехал только Джон через три месяца. Он рассказал, что свекровь устроила скандал в США и ей запретили въезд. Она рассказывала всем, что видела как ФБР убили кого то и теперь охотятся за ней как за свидетелем.

Лоле было пора возвращаться в Москву, а мама решила поехать с ней. В поезде ехала в шапочке из фольги.

Начался совместный быт. Если бы мама не ходила по подъезду не звонила в двери и не говорила открывшим соседям, я все знаю, прекращайте - было бы ничего. К шапочке из фольги и переписи авто Лола привыкла. Один раз сходили к начальнику военного городка. Начальник с удовольствием их принял, но когда мама начала втирать, что их с Лолой облучают соседи из микроволновок, очень удивился. Увидев знаки Лолы за спиной свекрови, он все понял и пообещал принять все возможное для предотвращения инцидента. Но когда ночью Лола после тяжелого рабочего дня открыла глаза часа в два ночи, то увидела, что маман сидит рядом и смотрит на нее, со словами, спи я охраняю. Тут уже Лола решила съезжать. К счастью приехал Джон. И увез свекровь кататься по золотому кольцу, пообещав увезти любимую женщину в америку. Он купил яхту и решил незаконно ввезти жену домой. Его дети очень ему помогали в этом. Но к счастью, после золотого кольца свекрови дали въезд и счастливая пара отбыла в Майями.

Все закончилось хэппи эндом. Свекровь правда иногда звонит по телефону и молчит)

Я наблюдал причудливые корабли чужаков и не могу описать их, как ни старался бы напрягать свою память. Почти сразу Неутомимый укрепил пузырь над нашим домом до такой степени, что у меня возникли сомнения, сможем ли мы возвратиться домой. Затем случилось то, что я не забуду никогда. По нам открыли залп минус-ноль стрелами. Снарядов было три. Первый шел в ментальную сферу моего первого ученика Ажкоглара, и ему стоило больших усилий суметь разбить её на подлёте. Другая стрела попала во второго моего ученика и дезинтегрировала его в этом пространстве, и из-за этого теперь я не помню его. Третья стрела устремилась в меня и наверняка обратила бы мою ментальную сферу в ничто, если бы я не отклонил её четвёртой формулой. Всё, что я описал выше, случилось стремительно, хотя после того, как мы вернулись, мне говорили, что нас не было три дня.

Затем я увидел, как вокруг Многомудрого начали появляться символы гнева, и он направил их в сторону самого большого/малого судна чужаков. Я применил формулу тридцать четыре, чтобы слышать их подразговор. Символы Неутомимого достигли одного из предводителей нападавших и разбили его логику. Эффект был ошеломительный, но не смертельный. Корабли вновь сделали залп, но на этот раз стрел было семь тысяч, и все они были направлены на Благого. Он сумел отразить их все, кроме одной. Упорядоченный круг символов над его головой превратился в хаос и путаницу, что повергло меня в шок, и моя сфера начала распадаться.

Повелитель начал падать, и мне стоило больших усилий его поймать. Я сумел это сделать лишь на первом уровне. Пришлось использовать одну из нежелательных формул, пожертвовав зрением, чтобы отправить Защитника в Храм Ноль. О дальнейшем свидетельствовать я не могу…»

Это не единичный случай. До него ещё два танкера — Talisman и Leruo, — шедшие в США с российским дизелем по соглашению Путина и Трампа, уже в начале ноября изменили курс. Один разгрузился в Египте, два других направились в сторону Бразилии. Таким образом, ни один баррель российского дизеля, отгруженного по этой «дизельной сделке», так и не достиг американского побережья.

Откуда взялась сделка

Девятого октября Трамп после телефонного разговора с Путиным громко объявил о соглашении: Россия немедленно поставит на рынки США и мира более 300 тысяч тонн дизельного топлива, в ноябре — ещё 500 тысяч тонн, затем — 1 миллион тонн, а в перспективе, в зависимости от состояния российских НПЗ, возможно, до 3 миллионов тонн. Трамп заявил, что это «быстро и рекордными темпами» снизит цены на дизель в США. Минфин США немедленно выдал временную лицензию, освободив соответствующие сделки с российским дизелем от санкционных ограничений; российское правительство также частично сняло запрет на экспорт дизеля.

Формулировки Кремля были сдержаннее. Путин лишь подтвердил, что «российская сторона подтвердила готовность поставлять нефть и нефтепродукты на американский и мировой рынки», не упомянув конкретные цифры и сроки. Но вице-премьер Новак затем подтвердил, что правительство работает над досрочной отменой ограничений на экспорт дизеля.

Почему ни одно судно не пришвартовалось

Поверхностное объяснение лежит в коммерческой плоскости: американские покупатели не решаются брать груз. Несмотря на лицензию Минфина, российский дизель с 2022 года находится в санкционных списках, и американские компании опасаются юридических рисков. The Washington Times отмечает, что именно эта «юридическая токсичность» отпугнула потенциальных покупателей. Судовладельцам остаётся держать суда в море в ожидании инструкций по разгрузке, которых никогда не последует.

Более глубокая проблема в том, что у этой сделки изначально отсутствовала коммерческая логика. Российский дизель не является дефицитом на американском рынке — США сами являются нетто-экспортёром дизеля, производят больше, чем потребляют, и излишки продают по всему миру. Москва и Вашингтон на мировом рынке дизеля по сути конкуренты, а не взаимодополняющие продавец и покупатель. Экономист Кирилл Родионов отмечал, что дизель — важнейший экспортный продукт российских НПЗ, и частичная отмена экспортного запрета действительно может позволить российской нефтепереработке завершить год с приличными показателями, но это не меняет того фундаментального факта, что американскому рынку российский дизель не нужен.

Тем временем украинские дальнобойные удары по российским НПЗ продолжаются. По подсчётам Bloomberg, с начала ноября атакам подверглись шесть российских НПЗ совокупной проектной мощностью около 1,7 миллиона баррелей в сутки. Это дополнительно подрывает способность Москвы выполнить обещанное.

Политический счёт оказался хуже экономического

Для Трампа первоначальная цель сделки была политической: сбить цены на дизель перед промежуточными выборами и завоевать голоса избирателей. Но разворот танкеров один за другим превратил это обещание в публичное неудобство. Украина с самого начала охарактеризовала соглашение как «инвестицию в войну» — Зеленский заявил об этом в день его объявления.

Для Путина потери, возможно, не в экономической плоскости. Один из депутатов Госдумы признал, что «политический и международный эффект» дизельной сделки важнее прямой экономической выгоды, поскольку она заставляет США «осознать необходимость международных энергетических отношений с Россией». Но предпосылка этого «политического эффекта» — реализация сделки. Когда все четыре танкера изменили курс на полпути, Москва получила не признание американского рынка, а публично транслируемый в реальном времени данными отслеживания судов провал.

Ещё более иронично, что побочный эффект спешки с поставками дизеля в США ударил по самой России. Из-за концентрации отгрузок в балтийском порту Приморск поставки дизеля в районе Санкт-Петербурга в конце октября резко сократились: доля АЗС с доступным дизелем упала примерно с 70% до менее 40%, часть частных заправок начала отпускать топливо по норме — от 30 до 50 литров на автомобиль. Россия производила достаточно дизеля, но внезапный перекос логистики заставил внутренних потребителей вблизи порта отгрузки первыми почувствовать дефицит.

Зигзаг в Атлантике

По состоянию на 10 ноября Agioi Fanendes всё ещё находится в море. Его сигнал AIS по-прежнему гласит «в ожидании распоряжений», судовладелец говорит, что порт разгрузки не определён. Никто не знает, куда в итоге пойдёт этот дизель — в Египет, Бразилию или к какому-то ещё не проявившемуся покупателю.

Зигзагообразный курс этого судна точно обрисовывает контуры самой «дизельной сделки»: поспешно объявленное политическое обещание без коммерческой основы, потерявшее ориентир в серой зоне санкций и в холодном приёме рынка. Пока за столом переговоров в Абу-Даби ещё обсуждают масштабные вопросы архитектуры европейской безопасности, дрейфующий в Атлантике танкер даёт более простую сноску — некоторые сделки не проходят и одной морской мили.

Источник:

https://www.profinance.ru/live/2026-11-10/1000736-ni-odin-ta...